Идея была благородной, даже гениальной. В 1970-е годы в Бангладеш профессор Мухаммад Юнус начал раздавать деньги беднейшим женщинам. Без залога, под честное слово.
Эти деньги должны были стать стартовым капиталом для малого бизнеса: купить швейную машинку, запастись товаром для мелкой лавки, приобрести инструменты для ремесла. Цель – вытащить людей из нищеты, дать возможность самостоятельно зарабатывать и развиваться.
Так родились микрокредиты. Они казались революционным инструментом борьбы с бедностью. Концепция принесла Юнусу Нобелевскую премию мира.
А потом пришли банки. Финансовая индустрия почувствовала запах денег. В Индию, Мексику, Нигерию хлынули сотни МФО, готовые давать деньги «на развитие».
Только реальность оказалась куда более суровой. Значительная часть кредитов стала уходить на покрытие повседневных расходов, еду, одежду, праздники. Всё, кроме инвестиций. В Индии сейчас больше половины микрозаймов идут именно на бытовые нужды.
Возник эффект домино – деньги, потраченные на еду, доход не генерируют. Погасить долг становится невозможно. В результате в Бангладеш, родине микрокредитования, семьи берут новые займы, чтобы покрыть старые. Возникает замкнутый круг долговой кабалы, который в итоге провоцирует банкротства целых семей.
Сам же микрофинанс стал глобальным бизнесом: ставки огромны, МФО массово торгуют долгами, привлекают венчурные фонды и выходят на IPO.
То, что задумывалось как путь к свободе, для миллионов людей обернулось долговым рабством, финансовым болотом, засасывающим бедных ещё глубже. Правда, сам Юнус, помимо Нобелевки, в 2024 году стал еще и главой Временного правительства Бангладеш.
Эти деньги должны были стать стартовым капиталом для малого бизнеса: купить швейную машинку, запастись товаром для мелкой лавки, приобрести инструменты для ремесла. Цель – вытащить людей из нищеты, дать возможность самостоятельно зарабатывать и развиваться.
Так родились микрокредиты. Они казались революционным инструментом борьбы с бедностью. Концепция принесла Юнусу Нобелевскую премию мира.
А потом пришли банки. Финансовая индустрия почувствовала запах денег. В Индию, Мексику, Нигерию хлынули сотни МФО, готовые давать деньги «на развитие».
Только реальность оказалась куда более суровой. Значительная часть кредитов стала уходить на покрытие повседневных расходов, еду, одежду, праздники. Всё, кроме инвестиций. В Индии сейчас больше половины микрозаймов идут именно на бытовые нужды.
Возник эффект домино – деньги, потраченные на еду, доход не генерируют. Погасить долг становится невозможно. В результате в Бангладеш, родине микрокредитования, семьи берут новые займы, чтобы покрыть старые. Возникает замкнутый круг долговой кабалы, который в итоге провоцирует банкротства целых семей.
Сам же микрофинанс стал глобальным бизнесом: ставки огромны, МФО массово торгуют долгами, привлекают венчурные фонды и выходят на IPO.
То, что задумывалось как путь к свободе, для миллионов людей обернулось долговым рабством, финансовым болотом, засасывающим бедных ещё глубже. Правда, сам Юнус, помимо Нобелевки, в 2024 году стал еще и главой Временного правительства Бангладеш.
вые посты каждый день - в моем блоге "Психология Маркетинга" в Telegram
или в мессенджере MAX: https://max.ru/marketpsy
или в мессенджере MAX: https://max.ru/marketpsy